Семейный бизнес получает все большее внимание на федеральном уровне. В августе 2026 года в Государственную Думу внесен законопроект о закреплении правового статуса семейного бизнеса. На региональном уровне нормы о семейном предпринимательстве уже действуют в 27 субъектах России. По оценкам ТПП РФ, более 70% компаний малого и среднего бизнеса в стране имеют признаки семейного бизнеса.
В Смоленской области ТПП системно работает с этим сегментом: сегодня в Реестре семейных компаний — 42 предприятия, представляющих разные отрасли и масштабы. Для региона это не только вопрос преемственности, но и устойчивости компаний, сохранения рабочих мест и накопленного предпринимательского капитала.
Почему семейная модель занимает особое место в экономике, за счет чего такие компании могут быть более устойчивыми и что необходимо для их развития, — в интервью с президентом ТПП Смоленской области Владимиром Архипенковым.
— Владимир Владимирович, когда сегодня говорят о семейном бизнесе, часто представляют небольшую компанию, где вместе работают родители и дети. Но ваш опыт показывает, что это понятие гораздо шире.
— Конечно. И, наверное, это первое, что важно понимать. Семейный бизнес — это не отрасль и не определенный размер компании. Это модель, в которой семья становится частью истории и развития предприятия. Посмотрите на компании, которые сегодня входят в «Реестр семейных компаний Смоленской области». Их уже 42, и они совершенно разные.
Например, «ВИВА78» — современное металлообрабатывающее предприятие, где работают семь членов одной семьи. «Новые Системы Электроники» — производство полного цикла: от разработки и опытных образцов до монтажа, тестирования и выпуска готовых изделий. «Губернский центр охраны зрения и здоровья» начинал как частная офтальмологическая клиника, а сегодня это многопрофильный медицинский центр с командой более 70 сотрудников. Есть «СМОЛЭКСПРЕСС ГРУПП» — транспортная компания, которая работает с крупнейшими предприятиями России. Есть «Агроферма-Катынь», семейное производство сыродавленных масел «ПЕТРОВЫ.МАСЛО.», «Арти» с брендом EcoPottery, где вручную создают керамические изделия, YaFactory с производством одежды и брендированием, Montiy — семейный бренд ореховых паст, который уже вышел на рынки Беларуси и Армении. И у каждой компании свой путь.
— Получается, семейный бизнес может быть и маленькой мастерской, и серьезным производственным предприятием?
— Именно. И мне кажется, от стереотипа о семейном бизнесе как о чем-то небольшом и исключительно локальном уже пора уходить. Семейная компания может расти, инвестировать, создавать рабочие места, работать с крупными заказчиками, выходить на новые рынки. Вопрос не в том, насколько она большая. Вопрос в том, какую роль семья играет в ее создании и развитии.
И еще один момент: семейный бизнес часто изначально смотрит дальше. Когда человек создает компанию, которую потенциально сможет продолжить следующее поколение, у него появляется совершенно другой горизонт планирования. Это уже не только вопрос сегодняшней прибыли.
— Сейчас в России как раз обсуждается законодательное закрепление понятия «семейное предпринимательство». Но для ТПП это направление существует уже много лет. Что изменится, если понятие появится на федеральном уровне?
— Я бы сказал, что это следующий этап уже существующей работы. Система торгово-промышленных палат много лет занимается поддержкой семейных компаний, созданием сообщества, обменом опытом, продвижением таких предприятий. Сегодня появляется возможность закрепить это направление и на федеральном уровне. Уже 27 регионов России имеют законодательные нормы, связанные с семейным предпринимательством. Теперь обсуждается единый федеральный подход. Для бизнеса это важно прежде всего потому, что семейные компании действительно имеют свою специфику. У них есть вопросы, которые не всегда возникают у других предприятий: как вовлечь следующее поколение, как передать управление, как разделить семейные и управленческие роли, как сохранить компанию после ухода основателя.
— То есть главный вопрос здесь — не только поддержка, но и преемственность?
— Я бы поставил преемственность очень высоко. Предприниматель может десять, двадцать или тридцать лет развивать компанию, пережить несколько кризисов, полностью изменить производство, найти новых клиентов, вывести предприятие на другой уровень. А потом возникает простой, но очень сложный вопрос: что будет с этим бизнесом дальше?
И здесь возможны совершенно разные сценарии. Если в компанию приходит следующее поколение — это один путь. Если дети готовы участвовать, но хотят изменить бизнес, — другой. А если преемника внутри семьи нет, собственнику приходится искать совершенно иное решение.
— Вот об этой стороне семейного предпринимательства говорят значительно реже. Есть компании, которым просто некому передать дело?
— Да. И хотя таких случаев немного, они есть. Особенно остро это чувствуется, когда разговариваешь с руководителями, которые создавали свои предприятия еще в 1990-е годы. Это люди, которые прошли очень многое. Они начинали практически с нуля, пережили не один кризис, меняли рынки, законодательство, поставщиков, учились конкурировать. Создали компанию, которая существует десятилетиями, дала работу людям, сформировала свою репутацию. И иногда в разговоре с таким предпринимателем звучит не вопрос о прибыли или росте. Звучит гораздо более личное: «Я всю жизнь создавал это дело. Но кому его передать?». У кого-то дети выбрали другую профессию, кто-то живет в другом городе или стране, кто-то просто не хочет заниматься предпринимательством. И это очень непростая ситуация. Компания может быть вполне жизнеспособной, у нее могут быть сотрудники, клиенты, оборудование, заказы — но человека, который готов продолжить дело, нет. Тогда собственнику приходится думать о продаже, поиске нового руководителя, изменении структуры бизнеса или постепенном завершении деятельности. Мне кажется, об этом тоже нужно говорить, когда мы говорим о преемственности.
— ТПП Смоленской области делает ставку не только на поддержку отдельных компаний, но и на их объединение. Почему это важно?
— Потому что предпринимателю иногда гораздо полезнее один раз увидеть работающий бизнес изнутри, чем прослушать десять лекций. Именно на этом построен наш проект «Гостевые встречи». Семейные компании приезжают друг к другу. Смотрят производство, знакомятся с собственниками, обсуждают организацию работы, продвижение, развитие, делятся своими решениями и опытом. И каждый раз это разные истории. У кого-то интересует производство, у кого-то — продвижение. Кто-то хочет понять, как компания выходит на новые рынки, а кому-то важно просто поговорить с человеком, который уже прошел тот путь, на который он только выходит.
— То есть здесь важна не только деловая составляющая, но и ощущение сообщества?
— Безусловно. Семейный предприниматель иногда сталкивается с очень специфическими вопросами, которые сложно обсуждать с человеком, не имеющим подобного опыта. А когда ты приходишь в компанию, где семья уже прошла определенный этап, можно получить очень практичный разговор: что получилось, что не получилось, как распределили обязанности, как подключали детей, как решали спорные ситуации. Для нас «Гостевые встречи» — это как раз возможность создавать такие горизонтальные связи между предпринимателями.
— Смоленские семейные компании участвуют и в федеральном проекте ТПП РФ «Семейные компании России». Что это дает региональным предприятиям?
— Возможность выйти за пределы своего региона и увидеть, насколько масштабным на самом деле является семейное предпринимательство. В федеральном отборе ежегодно участвуют порядка 500 компаний со всей страны, и смоленские предприятия в разные годы входили в число лучших «Семейных компаний России». Причем это не компании какого-то одного типа. В проекте от Смоленской области были и ИП Громов Д.С. — бренд Zazap24, и ИП Попова А.В. — Английская школа ФАН, и ИП Ковальская В.А. — бренд украшений «Слонвиш», и ООО «Агентство оценки Ковалевой и Компании», и ИП Овчинникова М.О. — медицинский центр «Доброе утро», и ИП Космачева Н.М. — кулинарный дом «Sawa chef», и рекламное агентство «ПРИОРИТЕТ». Посмотрите, насколько разные у них продукты, рынки и модели работы. Но при этом у всех есть общая основа — бизнес создается и развивается как семейное дело.
И вот это, на мой взгляд, одна из главных ценностей проекта. Он позволяет предпринимателям увидеть, что семейная компания может выглядеть совершенно по-разному. Не нужно соответствовать какому-то образцу — можно развивать магазин, медицинский центр, образовательную организацию, компанию в сфере услуг или собственное производство.
Дальше возникают уже вполне конкретные возможности: участие в проектах и выставках ТПП РФ, в том числе на площадке «Экспоцентра», Всероссийских семейных советах, деловые контакты, обмен опытом с предпринимателями из других регионов.
Но самое важное — меняется масштаб самого разговора. Предприниматель понимает, что его ситуация не уникальна: где-то семья уже передала управление следующему поколению, где-то дети вместе с родителями перестроили компанию, а кто-то только ищет свою модель.
И такой обмен для семейного бизнеса зачастую не менее важен, чем традиционные меры поддержки. Потому что опыт человека, который уже прошел твой этап развития, может оказаться самым практичным инструментом для следующего шага.
— Если вернуться к началу нашего разговора: зачем семейному бизнесу вообще нужен отдельный статус?
— Чтобы его видели. Не как исключение, не как «семейную историю», а как самостоятельную часть предпринимательской среды. Когда мы понимаем, сколько таких компаний существует, в каких сферах они работают, какие задачи решают, становится понятно, что это полноценный сегмент экономики. И здесь важно не только поддерживать уже состоявшиеся компании. Важно помогать им развиваться, готовить следующее поколение, создавать среду для обмена опытом.
— А что, на ваш взгляд, самое ценное предприниматель может передать следующему поколению вместе с компанией?
— Наверное, не сам бизнес. Компания — это актив, его можно купить или продать. Гораздо сложнее передать отношение к делу, репутацию, ответственность перед сотрудниками и партнерами, понимание того, что за цифрами в отчетности стоят люди, способность переживать сложные периоды и не бросать начатое при первой же проблеме. И еще — готовность продолжать развивать компанию, а не просто пользоваться тем, что создали родители.
— Получается, семейный бизнес — это все-таки больше, чем вопрос о том, кому однажды передать компанию?
— Конечно. Преемственность — только одна сторона этой истории. Семейная компания во многих случаях устроена иначе, чем обычный бизнес. Здесь собственник отвечает не только за финансовый результат и сотрудников. От того, как работает предприятие, напрямую зависит его собственная семья. Это другой уровень личной ответственности. Ты принимаешь решение о вложениях, о найме людей, о развитии производства и понимаешь: это влияет не только на сегодняшний результат компании. Это влияет на доход семьи, на будущее детей, на то, что ты сможешь им оставить.
Поэтому семейный бизнес нередко оказывается более устойчивым. Такие предприниматели могут осторожнее относиться к риску, но при этом готовы проходить через сложные периоды, потому что для них это не абстрактный проект. Это дело, от которого зависит жизнь нескольких близких людей.
И я бы вообще не рассматривал семейные компании как небольшую отдельную группу предпринимателей. По оценкам ТПП РФ, более 70% субъектов МСП в России имеют признаки семейного бизнеса. То есть речь идет о значительной части российской экономики. За этими компаниями — рабочие места, налоги, производство, услуги, локальные бренды, профессиональные компетенции. И если семейное предприятие работает двадцать или тридцать лет, оно становится частью экономической ткани региона.
— Тогда в чем, на ваш взгляд, главная ценность семейного бизнеса для экономики региона?
— В его долгосрочности. Предприятие, которое создавалось не на один год и в котором заинтересована целая семья, обычно воспринимает свое будущее иначе. Здесь важна не только прибыль текущего периода. Важно сохранить команду, репутацию, отношения с партнерами, оборудование, накопленные знания — все то, что создавалось годами. И это напрямую связано с рабочими местами. Когда семейная компания переживает кризис и продолжает работать, она сохраняет не только собственный бизнес. Она сохраняет доходы десятков семей своих сотрудников, цепочку поставщиков, клиентов, профессиональные компетенции.
Поэтому поддержка семейного предпринимательства — это не про особые условия для родственников. Это про сохранение и развитие компаний, которые уже доказали свою жизнеспособность.
У нас в Смоленской области немало семейных предприятий и компаний. За каждым — конкретные люди, производство, сотрудники и история, которая продолжается годами. И я думаю, что на такие компании нам нужно смотреть не только как на бизнес, который нужно поддержать сегодня, но и как на основу экономики, которую мы хотим видеть завтра.
